15:39 

Интервью Пескова. Читайте!

geosid
Зло познаётся стихийно, для познания Добра нужно время и Учитель.

— Здравствуйте, дорогие друзья. В эфире программа «Только у нас». С вами главный редактор радиостанции «Комсомольская правда» Евгений Арсюхин. И человек, который отвечает за будущее в великой стране под названием Россия, — Дмитрий Песков, Агентство стратегических инициатив, директор направления «Молодые профессионалы». Дмитрий, я не перегнул палку, говоря о том, что вы отвечаете за будущее?

Песков:

— Раз в сто. У нас за будущее отвечают очень многие, но я отвечаю за небольшой, но очень важный кусочек этого будущего.

Арсюхин:

— И какой это кусочек?

Песков:

— Это те люди, которые должны создавать прорывы, те люди, которые должны формировать новые рынки, создавать новые технологии, сделать так, чтобы в нашей стране было чем формировать бюджет, платить пенсии тогда, когда нефть либо кончится, либо цена на нее упадет настолько, что надежды никакой не будет.

Арсюхин:

— В общем, отчасти это уже случилось.

Песков:

— Это процесс, который начался и который, судя по всему, будет в ближайшие 10-15-20 лет постоянно ускоряться.

Арсюхин:

— Дмитрий, будем считать, что вы отвечаете, скажем так, за лучший вариант, лучший сценарий будущего. Потому что не будет прорывов, наверное, будет все печально. Знаете, думая о том, о чем можно было бы с вами поговорить, я поймал себя на мысли, что сейчас не представляю будущее нашей страны. Вот в 90-е годы все было понятно – все умрут, останется парапьяных крестьян, которые будут сохой что-то там пахать посередине тайги. В нулевые годы все поменялось – продвинутые нефтяники с помощью гаджетов будут сидеть на трубе, сами будут падать доллары, все будет хорошо. Гаджеты – непременный атрибут этого виденья. Что сейчас, я не знаю. С одной стороны, вы сами сказали, процесс падения цен на нефть уже начался, с другой стороны, появилось столько ростков каких-то позитивных сценариев, что не знаешь, какой выстрелит, может быть, все сразу. Вы как это видите?


Песков:

— Мы не видим, мы собираем эти самые кусочки в такой пазл, в мозаику, чтобы получить это самое позитивное будущее. Оно не придет точно легко, но мы знаем, на что нужно ставить, во что нужно инвестировать, вкладывать средства государства, средства бизнеса. И время родителей, что очень важно, для того чтобы это будущее все-таки случилось и к 35-му году наша страна скорее напоминала, я бы так сказал, с точки зрения исторических аналогий скорее Россию конца XIX века.

Арсюхин:

— То есть это наш идеал, мы к этому идем?

Песков:

— Это одно из самых прекрасных времен, со всякими большими социальными катаклизмами, сложностями и всем остальным, но это время, когда уже, что называется, крепостное право отменилось, когда у нас золотой век литературы, когда стремительно растущая экономика, когда рубль сильный, когда мы конкурентоспособны в мире, когда у нас сильная наука, когда есть чем гордиться. Это действительно хороший образ.

Арсюхин:

— Хорошо, мы с вами еще поговорим сегодня о конце XIX века как о нашем желаемом идеале. Я хотел бы сначала порасспрашивать вас про Агентство стратегических инициатив при президенте. Потому что существуете вы довольно давно, и простой народ про вас, может быть, знает немного. Вот при президенте. Президент действительно здорово вмешивается в вашу работу, направляет и т.д.?

Песков:

— Президент помогает и дает оценку. И мы с ним откровенно обсуждаем те задачи, которые перед нами ставятся. И у нас есть поле для хорошего, качественного, открытого обсуждения самых острых вопросов, которые перед нами стоят.

Арсюхин:

— Вот если почитать разных нехороших публицистов и блогеров, то можно вычитать, в частности, что нынешняя российская власть, включая, может быть, и президента, это люди, обращенные в какой-то степени в прошлое – в имперское прошлое, в советское прошлое. Насколько, на ваш взгляд, плотно и серьезно власть думает о будущем?

Песков:

— С моей персональной точки зрения, недостаточно. Но вопрос же в темпах изменения. Темп изменения очень хороший, именно в последние годы. Мы видим, как возникают новые рынки, как дают экспериментировать, иногда скатываясь обратно в прошлое, вы абсолютно правы, но движение вперед есть.

Арсюхин:

— Думает ли о будущем, например, Минфин? Мы сейчас опять вернули в большую политику Алексея Кудрина, скажем так, на экспертном уровне. Кудрин, на мой взгляд, скорее ассоциируется с неким таким монетаристским застоем.

Песков:

— У нас есть Национальная технологическая инициатива. Это про опережающий рост на новых рынках, чтобы вырастить новые Яндексы, новые ABBYY, новые Касперские, не только в интернете, но и в медицине, в транспорте, во многих других местах. И вот это точка консенсуса.

Арсюхин:

— А с Минфином ваша концепция…

Песков:

— Не только с Минфином. Если вы откроете программу Титова и доклад Столыпинского клуба, в нем часть, которая НТИ, они с ней согласны, это часть их стратегии. Если вы откроете доклад Центра стратегических разработок Алексея Кудрина, в нем тоже есть часть, которая касается НТИ (Национальной технологической инициативы), и с ней они тоже согласны. Если вы посмотрите на наше обсуждение с Минфином, то они тоже с этим согласны. Обсуждая с Алексеем Леонидовичем Кудриным, он говорит только о запросе на масштабирование наших результатов, а не на то, что их не надо делать. Вырастить новые сильные национальные компании на новых рынках и заработать на них много денег для страны, это же хороший пример национального консенсуса.

Арсюхин:

— Я вспомнил слова первого директора Центра стратегических разработок Германа Грефа: «Верблюд это арабский скакун, согласованный со всеми заинтересованными ведомствами». А вы научились согласовывать так, что ничего от скакуна не ухудшается?

Песков:

— Знаете, мы с Германом Оскаровичем (он член нашего наблюдательного совета) частенько очень остро дискутируем. И он абсолютно прав. Но мы научились хаки делать. То есть мы научились…

Арсюхин:

— Обманывать систему.

Песков:

— Встраивать в систему такие точки, которые позволяют работать этому по-настоящему. И один из таких хаков это когда вы встраиваете туда группу предпринимателей, таких хороших, патриотически настроенных, которые инвестируют деньги внутри страны, которые не выводят активы, к которым есть определенное доверие в обществе и у власти. Поэтому, например, в наших рабочих группах очень много полномочий, на новых рынках это такие мощные полномочные группы. У них всегда два сопредседателя. Один – это профильный заместитель министра, а второй- это ведущий технологический предприниматель в этой сфере. И принцип двух ключей хорошо срабатывает.

Арсюхин:

— Я обещал вернуться к виденью России конца XIX – начала ХХ века как некоего идеала. Дмитрий, вы же сами сказали, что это было время, наполненное, скажем так, социальными потрясениями. Мы хотим вернуть это все вместе, как это было? Наверное, задача реальная, социальные потрясения, наверное, могут быть. Или мы хотим вернуть что-то частично? Но это уже задача посложнее. Вы как это видите?

Песков:

— Конечно, нам нужна великая Россия без великих потрясений. Обеспечение в этом смысле целостности страны – важнейшая задача. Она выглядит невероятно сложно. В этом смысле это подлинный, настоящий вызов. Мы пока до сих пор не понимаем, как нам это сделать. Знаете, у Стругацких в «Понедельник начинается в субботу» есть такой эпизод, когда у одного из героев спрашивают: эта задача не имеет решения, — он говорит: я знаю, что она не имеет решения, я хочу знать, как ее решать. И мы, используя самые последние наработки в области менеджмента, того, что называется подходом Эджайл, позволяя себе ошибаться, но, быстро обрабатывая эти ошибки, делая их дешевыми, ищем это решение. Вот как пройти в это новое светлое технологическое будущее, не вызвав социальных потрясений, пройдя правильные этические развилки. Как их пройти, я не знаю, их огромное количество.

Вот, например, у нас сегодня по стране в засекреченном режиме ездит беспилотный автобус. В Москве, страшно сказать, есть два беспилотных легковых автомобиля, один беспилотный автобус, еще один ездит в Нижнем Новгороде, один ездит в Набережных Челнах и один в Томске, но игрушечный. Широкая общественность об этом не знает. Все кричат: мы навсегда отстали. Ничего подобного, у нас молодые ребята из амбициозных компаний в рамках нашей НТИ за 3 месяца собрали такое решение.

Арсюхин:

— И почему мы про это не говорим?

Песков:

— Вот представьте себе, выезжает такой беспилотный грузовик, например, на трассу Москва – Санкт-Петербург, и там три полосы. Он разогнался, а перед ним выскочили навстречу на трех полосах три группы людей: в одной два человека, во второй три, а в третьей четыре. И он едет по полосе, на которой два человека. Он остановиться уже не может, он может кого-то только задавить – либо двух, либо трех, либо четырех. Вы кого задавите, какой вариант решения вы выберите для этой задачи?

Арсюхин:

— Ну, никакой гуманист вам не скажет, что надо давить хоть кого-то.

Песков:

— А выбора нет. Вы все равно должны в программу заложить какой-то алгоритм поведения, и он должен базироваться на этической модели. Обычно говорят: ну, двоих. Хорошо, а если эти двое дети, а рядом взрослые?

Арсюхин:

— Почему я и не сказал, что двоих.

Песков:

— Вы не попали в мою ловушку. Это означает, что прежде чем выводить такую технику на дорогу, вы должны решить эти этические вопросы. А это большой вопрос.

Арсюхин:

— Они же сейчас уже на дорогах ездят, но вы про это просто не говорите?

Песков:

— Пока они ездят, скажем так, в закрытом режиме, не на всех дорогах, там, где минимум шансов кого-то задавить.

Арсюхин:

— Из ваших слов такая интересная штука, которая акцентирует на проблеме параллели современной России, России конца XIX – начала ХХ века. Вот машина уже без пилота, она уже есть, а дороги не вполне готовы, вообще страна не готова. Это вообще, наверное, наше проклятье. Потому что в конце XIX был Чайковский, был Лев Толстой. Хочет какой-нибудь адепт с Запада приехать к Чайковскому – раз, кончается хорошая дорога, начинается какой-то проселок. И он говорит: куда я попал, удивительно, что здесь живет композитор мирового уровня. Две страны, две России. Собственно, эта проблема погубила царя. И я не вижу, чтобы она была решена сейчас.

Песков:

— Знаете, у нас есть группа, которая называется АeroNet, которая занимается беспилотными летательными аппаратами.

Арсюхин:

— А сейчас их надо сбивать. И вообще нельзя их запускать, если вы про дроны, конечно.

Песков:

— Да, я про дроны. Они говорят так: одну из двух проблем в России мы уже решили, дороги не нужны. И как раз наша задача – находить нестандартные решения, которые взламывают сложившуюся систему отношений, позволяя этот путь найти.

Арсюхин:

— Вы упомянули дроны, давайте поговорим про этот пример. Потому что вольница явно заканчивается, уже надо получать какие-то пилотные лицензии. Собственно говоря, то же самое происходит и с интернетом. Вроде никого конкретного не удавили, не задушили, но есть ощущение, что удавка схлопывается на шее свободного диджитальногопредпринимательства. На ваш взгляд, палку не перегибает государство в своем дирижизме, и не погубит ли этот дирижизм безымянных пока наших Илонов Масков?

Песков:

— Но мы-то их уже знаем и по именам, и по фамилиям. Вы правы, перегибает.

Арсюхин:

— Кто перегибает?

Песков:

— Законы, которые приняты по регулированию беспилотных летательных аппаратов, являются верхом абсурда. Это уникальная история, потому что принятый закон в принципе не может быть исполнен никогда.

Арсюхин:

— Собственно, это не есть какая-то новация для нашего законодательства.

читать дальше

@темы: власть, песков

URL
Комментарии
2018-08-04 в 16:38 

geosid
Зло познаётся стихийно, для познания Добра нужно время и Учитель.
Песков откровенно удивил своими глубокими размышлениями о будущем. Обычно я злюсь и удивляюсь, читая его простые, ни о чем ответы на любые важные вопросы.

URL
     

Этот безумный безумный мир

главная